К адвокату обратилась гражданка Ж., которая сообщила, что 15.06.2005г. умер её супруг А. При жизни муж намеревался приватизировать квартиру, для чего 08.06.2005 г. выдал доверенность К., в которой предусмотрены соответствующие полномочия для приватизации квартиры, в которой был один зарегистрирован Ж.
«09» июня 2005 г. поверенная К. обратилась в Управление Департамента жилищной политики и жилищного фонда г. (далее по тексту – ДЖП и ЖФ) для подачи заявления о передаче вышеуказанной квартиры в собственность А. Однако специалист управления ДЖП и ЖФ сообщил, что подавать заявление о приватизации преждевременно в связи с тем, что к заявлению необходимо приложить дополнительные документы.
17.06.2005 г., после сбора необходимых документов, поверенная К., не зная о смерти доверителя, обратилась к заместителю начальника Управления Департамента жилищной политики и жилищного фонда г. Москвы с заявлением о передаче квартиры в собственность А., и в результате в тот же день между Департаментом жилищной политики и жилищного фонда г. Москвы и К., действовавшей по доверенности от имени А., был заключен договор передачи. По данному договору квартира была передана в индивидуальную собственность мужа. Договор был зарегистрирован в Главном управлении Федеральной регистрационной службы по Москве с получением свидетельства о государственной регистрации права от 30 июня 2005 г.
Нотариус г.Москвы отказала Ж. в выдаче свидетельства о праве на наследство по закону на квартиру А., так как право собственности на квартиру было зарегистрировано после смерти А., в связи с чем является недействительным.
Суд рассмотрел иск поданный адвокатом и вынес решение о включении квартиры в наследственную массу имущества, оставшегося после смерти А. и признал за Ж. право собственности, возникшее в порядке наследования на квартиру.


